Сплошь мертвецы - Страница 61


К оглавлению

61

Это пришел Эрик.

Я никогда не чувствовала его присутствия так остро, и мое сердце упало, когда я осознала всю серьезность последствий обмена крови. Если моя память меня не подводит, это был в третий раз, когда я приняла кровь Эрика, а «три» — это всегда важное число. Я постоянно чувствовала его присутствие, когда он был где-то рядом, и, думаю, с ним было то же самое. В нашей нынешней связи могло быть что-то еще, просто я этого еще не испытала. Я закрыла глаза и прижала лоб к коленям.

В дверь постучали, и Сигиберт открыл после того, как осторожно посмотрел в глазок. Он признал Эрика. Я едва смогла заставить себя взглянуть на него и как обычно поприветствовать. Я должна была быть благодарна Эрику, я знала это, и в каком-то смысле так оно и было. Пить кровь Андре была бы невыносимо. Хотя нет: я смогла бы это пережить. Хоть это и было бы отвратительно. Но обмен кровью с кем бы то ни было — не тот выбор, который я хотела бы сделать, и я не собиралась забывать об этом.

Эрик сел на диван рядом со мной. Я вскочила, будто меня рогом боднули, и пошла через комнату в бар, чтобы налить себе стакан воды. Неважно, где я была, я чувствовала присутствие Эрика; и, что тревожило еще сильнее, мне было комфортно рядом с ним, словно я чувствовала себя более защищенной.

Ну, просто здорово.

Сидеть было больше негде. Я с несчастным видом пристроилась рядом с Викингом, которому сейчас принадлежала часть меня. До этой ночи, когда я видела Эрика, я испытывала просто мимолетное удовольствие — хотя, возможно, я думала о нем чаще, чем должна думать женщина о мужчине, который старше ее на много веков.

Я напомнила себе, что в этом не было вины Эрика. Он мог быть политиком, он был зациклен на заботе о Самой Важной в его жизни Персоне (имя которой писалось «Э-Р-И-К»), но я не представляла, как бы он смог догадаться о цели Андре и догнать нас, чтобы урезонить Андре, с какой-либо долей умысла. Так что, думай не думай, а я должна была Эрику Большое Спасибо, но я не собиралась обсуждать это, пока мы были в непосредственной близости от королевы и вышеупомянутого Андре.

— Билл по-прежнему продает свои жалкие компьютерные диски внизу, — сообщил мне Эрик.

— И?

— Я подумал, что тебе может быть интересно, почему, когда ты находилась в отчаянном положении, я появился, а он — нет.

— Он больше не интересует меня, — сказала я, задаваясь вопросом, с чего Эрик заговорил на эту тему.

— Я велел ему остаться внизу, — сказал Эрик. — В конце концов, я шериф его Зоны.

Я пожала плечами.

— Он хотел ударить меня, — сказал Эрик с намеком на улыбку. — Он хотел забрать у тебя бомбу и стать твоим героем. Куинн хотел бы того же самого.

— Я помню, что Куинн предлагал это, — сказала я.

— И я тоже, — сказал Эрик. Он казался несколько шокированным этим фактом.

— Я не хочу говорить об этом, — сказала я, и надеялась, что мой тон достаточно ясно показывал, что я была серьезна.

Близился рассвет, а ночь у меня выдалась тяжелой (это было самое мягкое, как я могла ее назвать). Мне удалось поймать взгляд Андре и чуть кивнуть в направлении Тодда Донати. Я пытался донести до него мысль, что с Донати было не все в порядке. Он был серым, как небо перед снегопадом.

— Если это может послужить для нас оправданием, г-н Донати… Мы рады Вашей компании, но нам еще нужно многое обсудить по поводу планов на завтра, — сказал Андре спокойно, и Донати напрягся, поскольку хорошо понял, что его выгоняют.

— Конечно, г-н Андре, — сказал глава безопасности. — Надеюсь, вы все хорошо выспитесь днем, и я увижу вас завтра вечером.

Он поднялся с гораздо большим усилием, чем требовалось бы, и постарался сдержать гримасу боли.

— Мисс Стакхаус, надеюсь, что Вы оправитесь от своих неприятностей достаточно быстро.

— Благодарю Вас, — сказала я, и Сигиберт открыл двери, чтобы Донати вышел.

— Если вы позволите, — сказала я через минуту, после того как он ушел, — Я хотела бы пойти в свою комнату прямо сейчас.

Королева бросила на меня обжигающий взгляд.

— Ты о чем-то недовольна, Сьюки? — спросила она, хотя это звучало так, будто она в действительности не хотела услышать мой ответ.

— Ах, с чего бы мне быть недовольной? Я обожаю вещи, которые делаются против моей воли, — сказала я. Напряжение все нарастало и нарастало, и слова рвались наружу фонтаном, даже несмотря на то, что здравый смысл говорил мне, что лучше было бы заткнуть этот фонтан.

— И потом, — сказала я очень громко, ничуть не прислушиваясь к себе, — Я просто обожаю отвечать за всех. Так даже лучше!

Я потеряла логику и источник сил.

Еще многое было не сказано, и я бы продолжила, если бы Софи-Энн не подняла руки вверх. Она казалась малость возмущенной, как выразилась бы моя бабушка.

— Ты весьма самонадеянна, если считаешь, что я знаю, о чем ты говоришь, и что я хочу слышать, как на меня кричит человек, — сказала Софи-Энн.

Глаза Эрика светились, как будто позади них горела свеча, и он был настолько притягателен, что я могла бы в нем утонуть. Помоги мне, Господи. Я заставила себя перевести взгляд на Андре, который изучал меня так, будто бы выбирал наилучший способ порубить мое тело. Джервейс и Клео просто смотрели с интересом.

— Простите меня, — сказала я, горестно возвращаясь в мир реальности. Было так поздно, и я была такой уставшей, и ночь была заполнена таким количеством неприятных инцидентов, что я на мгновение подумала, что могу неожиданно упасть в обморок. Но Стакхуасы не рождают кисейных барышень, как и феи, я думаю. Сейчас я порадовалась этой небольшой доле своих генов. — Я очень устала.

61